НАЧАЛО

11 августа 2016

ЮЛИЯ ЛЕШКО,  ЛЮДМИЛА ПЕРЕГУДОВА

Входящие в профессию молодые кинематографисты всегда вызывают живейший интерес – как у зрителей, так и у тех, кто в этой профессии уже существует. Что нового привнесут «новобранцы» в наше кино? Скажут ли новое слово или захотят продолжать почти вековые традиции белорусского кинематографа? Чем удивят? Вольются ли в «струю» или пойдут против течения?

Нынешние выпускники факультета экранных искусств Белорусской государственной академии искусств (специальность «режиссура телевидения», мастерская Сергея Катьера) не стали исключением. Первые зрители в лице членов государственной экзаменационной комиссии (председатель комиссии – кандидат искусствоведения А. А. Карпилова) смогли удостовериться: в белорусское экранное пространство пришли люди, которые пытаются доказать (и некоторые – действительно доказывают), что у них на все есть свой взгляд и обо всем есть собственное мнение.

Есть свое мнение и у нас, тех, кого пригласили в качестве рецензентов дипломных работ студентов курса известного режиссера и кинопропагандиста, обладателя Национальной премии «Телевершина» и множества профессиональных кинонаград на авторитетных МКФ Сергея Галиевича Катьера. Не все фильмы показались нам одинаково хорошими, о чем мы со всей ответственностью и заявили в своих рецензиях. Но сам факт, что с выпускниками БГАИ можно говорить на равных, не играя в поддавки, а об их работах судить, не делая скидок на их небольшой профессиональный опыт, не мог не порадовать.

Забегая вперед, скажем определенно: несмотря на критические стрелы рецензентов, каждый из представленных здесь молодых телережиссеров был удостоен высокой экзаменационной оценки. Не будем скрывать: на высоких баллах настаивали и рецензенты, имеющие право совещательного голоса. Надеемся, читатели поймут, почему.

«В окне»

Илья Мрочко пошел, на первый взгляд, по пути наименьшего сопротивления: он не «выходил на тему», не «вскрывал проблему», не касался «болевых точек» и не замахивался на «злобу дня». Отринув всю и всяческую злобу, не мудрствуя лукаво, он решил снять фильм о том, кого очень хорошо знает, знает всю свою жизнь. И он был прав в своем выборе!

Илья Мрочко снял фильм о своей замечательной бабушке.

Бабушка Надежда живет теперь вместе с Ильей и его родителями. И, как становится нам известно из закадрового авторского текста, считает, что мешает им. Ее внук снял небольшой фильм-очерк, который убеждает зрителей и, надеюсь, саму бабушку в том, что она ошибается. Такая бабушка никому помешать не может, такая бабушка может только помочь. Как помогала всю свою не простую, но честную жизнь.

…Бабушка сидит у окна и просто рассказывает, как ей жилось все эти восемьдесят лет, вместившие в себя и войну, и трудные послевоенные годы. Крупный план ее доброго лица перемежается хроникальными кадрами, за подборку которых стоит отдельно похвалить режиссера: они, что называется, не затерты от частого употребления, а потому очень работают на эмоциональный фон фильма.

Бабушка рассказывает, а внук переносит действие в родную деревню, из которой дети забрали ее в город. Там осталось совсем немного пожилых жителей, которые хорошо помнят и Надежду, и ее выросшего в настоящего богатыря внука.

Там, рядом с деревней – лес. А в лесу – березовый сок, который по всем правилам, без ущерба для деревьев, собирают в большие фляги...

Собирать березовик – это традиция. Бабушка Надежда много может рассказать о традициях. Вот, например, о том, что раньше в семьях было «Детей багата… Пяцёра, сямёра…» Редко – трое. А еще о том, что раньше часто люди пели, а сейчас – «Нихто не запяе…» Рассказы бабушки правдивы, горьки, но не унылы, напротив: столько здравого смысла, столько житейской мудрости и юмора в них, что кажется – слушал бы и слушал…

Да, пришлось и дом строить своими силами, и землю пахать на себе: всяко бывало. Но ведь и дом по сей день цел, и ясный бабушкин ум позволяет надеяться: Бог даст, она еще и правнуков понянчит…

Окинув взглядом сидящего напротив и ведущего съемку крепкого, рослого внука, бабушка по-доброму смеется: «На вас пахать тоже можно…»

Наверное, можно было бы, если жизнь заставит. Но будем надеяться, Илья Мрочко будет и дальше снимать кино – такое же доброе, оптимистичное и искреннее, как его дипломная работа. И бабушке пусть передаст привет от рецензента: она, судя по всему, не просто не мешает любящей ее семье, но еще и помогла внуку защитить диплом на хорошую оценку!

Главное достоинство этого камерного фильма-очерка – выбор героя, точнее, героини. Безошибочное попадание автора, очевидно, хорошо знающего плюсы белорусской документальной классики. При отсутствии внятной драматургической линейки и любительском использовании кинематографических средств выразительности, при уязвимом авторском закадровом тексте первую партию в фильме без единой фальшивой ноты ведет бабушка Надя, простая белорусская женщина, труженица, бессребреница, надежда и опора своей семьи и (простите за пафос) – своей страны.

«Последняя дата»

Режиссер фильма «Последняя дата» Александра Маркова обратилась к самой трудной теме, которую только можно представить, будь это тема для разговора, для размышления или художественного произведения. Тема смерти. Даже чтобы просто обозначить ее, необходимо сделать какое-то усилие над собой: равнодушных к ней нет и быть не может. Колокол по-прежнему звонит по каждому из нас.

На экране эта тема требует особой деликатности: уход из жизни и все, что этому сопутствует, не терпит ни суеты, ни суесловия, ни цинизма, ни романтизации. Один неверный шаг, один фальшивый кадр – и зрелище станет оскорбительным, кощунственным. Забегая вперед, скажу сразу: Александра в работе над своим дипломом не совершила ни одной непростительной ошибки. Но это свидетельство, в первую очередь, ее человеческой зрелости, а уже потом – творческой состоятельности.

Первые после титров кадры приводят нас на кладбище, где двое мужчин, в финале обозначенные, как установщик памятников Александр и его помощник Сергей, работают над укладкой плитки. Александр поддерживает разговор с режиссером, вопросы которого в кадре озвучены не будут. Поэтому все, что произносят герои в кадре, воспринимается как монолог. До определенного момента никаких особых откровений в себе не содержащий, почти бытовой.

И этот первый эпизод «обманывает» зрителя: признаюсь, была близка к разочарованию. Было, было: ассоциаций – море, от шекспировских могильщиков и черепа бедного Йорика в руках у Гамлета, до «Смиренного кладбища» с Владимиром Гостюхиным в одной из главных ролей… Назвать банальностью то, что исходит из уст человека, отправляющего последние долги живущих умершему, язык не поворачивается, однако… Мы видим чью-то могилу и трудящихся над ее обустройством мужчин, одетых соответствующим образом, немногословных и… неинтересных, что уж скрывать.

Но тут слово берет следующий персонаж фильма – Иван Миско, скульптор, народный художник Беларуси, автор цикла скульптурных работ, посвященных покорителям космоса. Миско также ваяет и надгробные памятники, каждый из которых – произведение искусства.

Монолог скульптора, если можно так сказать, «повышает градус» искренности и духовности, идущей с экрана к зрителю. Он откровенен – до такой степени, что находит в себе силы рассказать о смерти любимой жены.

Внимание: интеллигентный, пожилой, многое в этой жизни переживший человек рассказывает о величайшей трагедии своей жизни, об уходе самого дорогого человека молодой женщине, режиссеру, снимающему дипломный фильм. Я хочу заострить на этом ваше внимание. И вместе с вами отдать должное этой грани дарования Александры Марковой – ее умению расположить человека к разговору. И даже – к исповеди.

Следующий герой фильма, иерей храма иконы «Божьей Матери Собирательницы хлебов» (г. Горки) Сергей Мосур, чаще сам выслушивает исповеди. Он долгое время служил тюремным священником (пенитенциарным, как корректно уточняет сам отец Сергей), и исповеди выслушивал разные. Его монолог, отнюдь не уносящийся в заоблачные выси, впечатляет своей простотой, безыскусностью и редким ощущением истинности. Его – рассказ?.. Проповедь?.. Исповедь?... – о том же: о смерти, которая есть часть жизни, едва ли не важнейшая ее часть, о вере, о надежде. И о любви, конечно. И еще о том, что он сам пережил, прочувствовал: смерть была совсем рядом, но отступила. Отошла, оставив после себя не тьму, а свет в душе священника. Свет, которого теперь хватит на всю его паству. А теперь – и на зрителей тоже: спасибо за это молодому режиссеру Александре Марковой…

Последним нам откроется установщик памятников Сергей. То есть, он откроется, доверит главную боль своей жизни девушке, снимающей кино. Его юная дочь погибла, ее убила одноклассница. Рана болит, вряд ли перестанет болеть когда-нибудь. Не говоря лишних слов, этот человек каждый день творит свой труд в память всех умерших – честно и уважительно, как будто исполняет данный самому себе обет. Во имя дочери и ее светлой памяти.

Заочный диалог – с автором, со зрителем, друг с другом – ведут эти очень разные люди. Они и говорят как будто о разном. На самом деле – об одном: о смерти нужно не столько помнить, сколько – не забывать.

В финале ленты титр: «Посвящается всем скорбящим». Но адресуется – всем живущим.

У автора сценария, режиссера, оператора и монтажера этого фильма Александры Марковой были ассистенты оператора и режиссера – Наталья и Сергей Каразеевы. Но я возьму на себя смелость назвать эту дипломную работу авторским кино и попросить поставить за нее самый высокий балл.

(Полная версия – в «НЭ» № 7, 2016)

форма заказа
Прайс-листы

Предлагаем вашему вниманию прайс-листы на оказание различных видов производственных услуг